Изобретатели - машиностроению 8

Не изобретайте и не судимы будете
А.Ренкель, патентовед

Нет, ребята, всё не так,
Всё не так, как надо…
В.Высоцкий

Все страны мира провозгласили третье тысячелетие эрой интеллектуальной собственности. Создание научно—технических результатов, их надежная правовая охрана, судебная защита и эффективное использование позволяют экономике стабильно развиваться на основе постоянного совершенствования технологических процессов, которые обеспечивают выпуск конкурентоспособной продукции.
Принимая государство в ряды ВТО, мировое сообщество как бы выдает сертификат качества его национальной экономике и судебному аппарату, относя их проблемы и пробелы к фактам, порождающих существенные инвестиционные риски. Предметом Соглашения ТРИПС (Trade-related Aspects of Intellectual Property Rights) является урегулирование торговли товарами, содержащими права владельцев интеллектуальной собственности. Соглашение содержит положение о том, что государства-члены ВТО обеспечивают охрану прав интеллектуальной собственности (ИС). Порядок рассмотрения дел о правонарушениях в области ИС должен отличаться объективностью при равном учете интересов сторон, по возможности быть быстрым и недорогостоящим. Стороны процесса имеют право направлять апелляции о пересмотре решения.
И судебному штабу – ВС РФ – таки придется организовать инстанцию по разрешению споров и защите правообладателей исключительной собственности. Такие суды есть во всех странах-членах ВТО. Нашим генералам от юстиции пора понять, что только эффективная судебная защита прав на объекты ИС подвигает генераторов идей на создание этих самых объектов. Отказ от учреждения Патентного суда РФ сегодня кажется совершенно еретическим. Конечно, аутодафе теперь не практикуется, но гранды Фемиды, отказываясь снять блокпост со столбовой дороги «ЭКОНОМИКА ЗНАНИЙ – ВТО», рискуют потерять репутацию, что в наше время тоже смерти подобно.
Инновационной деятельности характерны неопределенность и отложенность результата; несовпадение общественного и индивидуального эффектов; асимметричность информации, доступной исследователям, новаторам, потенциальным инвесторам, потребителям; высокие инвестиционные риски; особые требования к квалификации кадров и качеству менеджмента. Вот мнения по этим вопросам компетентных людей трех ветвей власти и ВОИР.
Евгений Федоров, председатель Комитета ГД по экономической политике и предпринимательству: «Модернизация без политического прессинга невозможна. Сегодняшней задачей является преодоление сопротивления тех, кто не хочет модернизироваться, но открыто об этом не говорит».
Антон Беляков, член Комитета ГД по делам Федерации и региональной политике: «Сегодня у нас в стране инновационно ориентированных предприятий всего 10%. В то время как в развитых странах этот показатель колеблется от 40 до 60%. Очевидно, что существует негативная связь между инновационной активностью и монополистами, которые контролируют примерно 20% экономики страны и абсолютно не заинтересованы в инновациях».
Геннадий Гудков, заместитель председателя Комитета ГД по безопасности: «Необходимо не только создать условия изобретателям для реализации их идей, но и реальные механизмы поддержки и защиты. Нужно создать советы, которые бы осуществляли отбор научных идей на предмет реализации. На учебу и на различные виды квалифицированной деятельности из страны ежегодно уезжают за рубеж около 100 тыс. человек – в основном это студенты и аспиранты. Из них возвращаются в Россию только 6–7 тыс. Увы, у нас не созданы условия для развития инновационной деятельности и внедрения научных разработок. При таком подходе стратегическое отставание России в конечном итоге неизбежно».
Иван Грачев, член Комитета ГД по энергетике: «Если мы хотим, чтобы половина экономики страны была экономикой знаний, нам придется вкладывать в нее средства, сопоставимые с инвестиционным потенциалом сырьевых отраслей. Надо придумывать автоматические варианты перераспределения денег в пользу инноваций. Программа инновационного развития должна включать большой пакет налоговых льгот, четкие правила определения, кому эти льготы положены»
Эльвира Набиуллина, министр экономического развития: «Основным источником длинных денег, необходимых для модернизации экономики, являются сбережения населения и бизнеса. Пока же расходы естественных монополий на научно-исследовательские и опытно-конструкторские работы (НИОКР) крайне малы – от 0,1 до 0,4% от их общего объема. Здесь есть огромный потенциал, который мы обязаны использовать в целях модернизации экономики. Что же касается самих НИОКР, то целесообразно ввести обязательные требования по разработке программ технического инновационного развития, разработки новых продуктов и технологий».
Александр Новак, зам. министра финансов: «Такое впечатление, что пока в обществе нет консолидированного понимания, что такое модернизация и инновации. У нас должно быть создано инновационное мышление и инновационная среда в целом.
Когда был рост экономики, все почему-то забыли про необходимость модернизации и начали тратить деньги налево и направо. Покупали месторождения или предприятия, вместо того чтобы модернизировать производства, внедрять новые технологии. Прибыль уходила на покупку новых активов, компании капитализировали основной бизнес — это более быстрые деньги, чем модернизация, которая окупается в течение 7–10 лет. Надо задуматься о будущем, чтобы это была постоянная политика и общественное сознание было нацелено на то, что любое действие должно быть направлено на что-нибудь новое, иначе мы опоздаем. Сейчас экономики США и Китая в год тратят от 10 до 15% ВВП на НИОКР, инновации и модернизацию. Собираются на это тратить еще в течение 10 лет. Предстоит гонка инноваций между двумя ведущими странами. За ней трудно угнаться, если мы не будет таким же образом относиться к этому вопросу.
Когда появится конкурентная среда, бизнес начнет вкладывать средства в новые технологии, иначе он не выживет. Вот три основных фактора развития экономики — конкуренция, защита частной собственности и деловой этикет. Это ведь тоже особая среда, которая в России еще не выработана».
Евгений Примаков, президент ТПП РФ: «Основные усилия необходимо сосредоточить на модернизации экономики – альтернативы этому нет. В противном случае Россия окажется на задворках мирового развития. Сейчас мировая экономическая система должна вступить в шестой технико-технологический уклад. Россия же находится лишь на четвертом.
Модернизация экономики России – это очень многосторонний процесс. Его невозможно обеспечить лишь 5–7 прорывными направлениями в научно-техническом прогрессе. Необходима структурная перестройка всей экономики, переход от сырьевой к инновационной модели ее развития. Этот процесс должен идти параллельно с демократизацией общества.
На данном этапе модернизация должна стать главным направлением экономической политики стран СНГ, если мы не собираемся постепенно отступать на обочину истории. Для максимального сокращения пути от генерации знаний до успешного внедрения инноваций странам Содружества уже сегодня необходимо нацелиться на решение ряда конкретных задач. Особое значение имеет стимулирование инновационных предприятий. Это дифференцированное снижение налогов, представление налоговых каникул, субсидирование процентных ставок на кредиты, используемые для приобретения новых технологий, патентов, лицензий и современного оборудования.
Необходимо создать четкую правовую базу инновационной деятельности, разработать и законодательно утвердить единый глоссарий инновационных понятий и терминов».
Александр Грязев, зам. председателя ЦС ВОИР: «Высшие руководители страны убеждают всех в том, что у инновационного развития России нет альтернативы. Однако бюрократы не спешат подогнать под эту установку законодательное обеспечение. Законопроекты, делающие инновационную деятельность более привлекательной для предприятий, застряли на рассмотрениях и согласованиях. Бизнесмены, работающие в технопарках, венчурных фондах и прочих «инкубаторах» и финансируемых за счет государственного или местных бюджетов, наладили свой бизнес на использовании выделенных им ресурсов (помещения, преференции и т.п.). Реальный изобретатель с его проблемами им чужд.
Предприятия, где, собственно, и должны реализовываться инновации, государство к этому экономически никак не стимулирует. Необходимы еще и реальная конкуренция производителей, квалифицированные кадры патентоведов и инновационных менеджеров.
Вот так, изобретатель не нужен, рационализатор вообще оказался вне закона. Попытка ВОИР провести через правительство хотя бы Положение о рационализаторской деятельности в РФ провалилась. И все же техническое творчество окончательно не уничтожено. В 30 субъектах РФ, в РАО «ЖД» и «Газпром», в ряде предприятий действуют Положения об организации рационализации. Однако массовость, эффективность и направленность оставляют желать лучшего. Отсутствие здесь федерального регулирования привело к сильному расхождению в терминологии, типах предложений, признаваемых рационализаторскими, системах стимулирования. А судьба рационализатора целиком зависит от произвола работодателя.
Институт рационализации производства был мощным инструментом модернизации в СССР и сегодня успешно работает в развитых странах. И все же главной бедой инновационной политики России является полное забвение того, что инновация рождается в голове конкретного человека. В российском законодательстве сегодня нет ни одной нормы, которая стимулировала бы творца. Если сравнивать нынешнее положение российских новаторов с условиями, в которых развивалось техническое творчество в СССР, то прошлое покажется страной Эльдорадо».
Петр Серков, зам. председателя Верховного Суда РФ: «Правовая защита результатов интеллектуальной деятельности (РИД) в современном высокотехнологичном мире является весьма актуальной задачей. Ведь преступное поведение представителей лжеиндустрии приводит к тому, что люди, занимающиеся творческой деятельностью, лишаются морального удовлетворения и материальной заинтересованности от создания произведений науки, литературы, изобретений и т.д.
Ряд российских ученых и практикующих юристов высказываются в пользу создания патентных судов. Однако учреждение в России специализированных судов для рассмотрения дел, связанных с нарушением прав интеллектуальной собственности, в настоящее время Верховный Суд не рассматривает.
24.11.2006 г. Государственной думой РФ принята ч.IV ГК РФ под названием «Права на результаты интеллектуальной деятельности и средства индивидуализации». Тем самым повысилась значимость отношений по правовой охране РИД, усилилась их защита через введение новых и расширение действующих видов ответственности.
Законодатель, практикующие юристы и ученые в настоящее время определились с различными дефинициями, имеющими место в правовом регулировании отношений, связанных с РИД».

Послесловие
Все так, казалось бы, чего проще – поговорить о техническом творчестве! Но если говорить серьезно, выясняется, что тема очень не простая. И очень увлекательная. Жаль только, что хороших собеседников мало…
Уже хорошо, что из лексикона аудитории исключена трескотня о загадочно–заоблачных высоких технологиях и стали употребляться однозначные термины «изобретение» и «исключительная собственность», определенные ГК. Фактически термин «изобретение» всегда означал некий новый результат творческой деятельности человека, направленной на удовлетворение определенной общественной потребности. Эра официального изобретательства, связанного с установлением привилегий на изобретения, начинается в Англии (1623 г.). Эстафету подхватили США (1787 г.) и Франция (1791 г.). В России привилегии на изобретения стали выдавать в 1814 г.
В 1992 г. наш парламент принял Патентный закон РФ, подготовленный патентным ведомством. Закон имел в наличии белые пятна и черные дыры, посему сразу же началось введение поправок. В 2008 г. патентное право, отредактированное уже юристами, законодатель ввел в ГК. Причем с теми же пятнами и дырами, но расширенными и углубленными. Такой мы сегодня имеем фундамент для строительства инновационной экономики, о чем непрестанно трубят СМИ, но которых не слышат и не понимают.
Спецификой российской аудитории и власти было и в большинстве случаев остается помимо недостатка опыта отсутствие внимания (за редкими исключениями, включая увеличение правительством размера патентных пошлин) к сфере создания, правовой охраны, использования и, главное, судебной защиты РИД. Цель удвоения величины пошлин объясняется (дескать!) необходимостью выплаты достойной зарплаты госэкспертам Роспатента. Путь прост – бремя госбюджета, т.е. тех, кто кормится трудом праведным, переложено на более упитанные плечи изобретателей.
Вот он, оскал капитализма на российском инновационном рынке. Все это следствие незнания (особенно судебным корпусом, как свидетельствуют СМИ) даже самых общих понятий и определений буржуазной патентной науки. Судьи не знакомы с патентным сленгом, так как в прошлой жизни за ненадобностью просто не изучали эту науку. На сегодняшний день, увы, действующих судей не «перековали», и они в союзе с нарушителями патентного права успешно и годами за счет бюджета борются с изобретателями и рационализаторами на благо, как они понимают, инновационного развития экономики страны.
За ходом схватки с любопытством наблюдает прокурорское око, прикрытое пеленой незнания азов этого права. Результатом этого является нарушение прав граждан, в интересах только и должны действовать все органы власти. Именно граждане в сложившейся ситуации не могут реализовать свои права, гарантированные ст.44 Конституции.
Государственное софинансирование внедрения в промышленное производство новаций, защищенных патентами, было бы благом для развития экономики страны. Законодатель еще в 1992 г. ст.34 Патентного закона РФ обязал исполнительную власть предоставить налоговые льготы предприятиям, внедряющих изобретения. Правительство не выполнило социальный заказ, потому что Минфин категорически против предоставления предприятиям виртуальных налоговых льгот на то чего нет. Смешно, только, как у Чехова, не «смех сквозь слезы», а смех до слез. А на «нет» финансистов, которые о патентно-лицензионном деле не имеют ни малейшего представления, изобретатели на порядок уменьшили свою активность.
Наш патентный потенциал сократился катастрофически – большая часть патентов не поддерживается в силе. Да и из того, что есть, внедряется меньше 1%. Не удивительно, предприятия лишены способа «выколачивать» средства из РИД, и корабль нашей экономики сел на мель.
В России, осуществляющей переход на современную модель экономического роста, сохраняется непозволительно низкий для мировой державы уровень инновационной активности. Новые цели, связанные со стимулированием и инфраструктурой поддержкой развития и инноваций, как и прежде, не реализуется в полной мере, их законодательное и правоприменительное обеспечение несовершенно, к тому же запаздывает или откладывается на неопределенные сроки.
Эксперты считают, что в масштабах страны эффект от инновационной деятельности почти незаметен, не налажены тесные, постоянные и продуктивные контакты между наукой и бизнесом, эффективное функционирование национальной инновационной системы в целом. Устранение основных проблем в развитии науки, образования, инноваций требует существенных ресурсных и временных затрат. Однако затягивание их разрешения чревато не просто консервацией сложившейся ситуации, но и вполне вероятной деградацией всех базовых элементов инновационного цикла.
Овладение основами ИС представляется одним из условий цивилизованного развития общества. Наши судьи всех уровней даже не слыхивали о патентном праве и невольно накладывают вето на инновационное развитие экономики России. Многие негативные явления в сфере ИС в значительной мере объясняются «патентной неграмотностью» юристов, финансистов и экономистов, ученых и специалистов. Для ее преодоления необходимо хотя бы подготовить преподавателей юристов-патентоведов, издать сборник специфических тяжб «Изобретатель в суде» и ввести спецкурс «Основы ИС» во всех вузах: технических и гуманитарных (на юрфаках обязательно!). Это позволит надеяться на то, что со временем их бывшие студенты смогут не только уважительно относиться к чужой ИС, но и защищать свои РИД. Вуз должен сделать инновационную деятельность более понятной, привлекательной и защищенной для ее участников.